Накануне своего освобождения царевич ужинал вместе с Сари под открытым небом, на крыше зала, где проходило обучение. Сидя на циновках, они пили холодное пиво, заедая сушеной рыбой и пряными бобами.
— Поздравляю тебя, твои успехи поразительны!
— Остается невыясненным один вопрос: какой пост мне назначили?
Наставник, казалось, смутился.
— Видишь ли… тебе следует отдохнуть после такой громадной работы…
— Что значит эта перемена?
— Это несколько деликатный вопрос, но… ты знаешь, царевич всегда может воспользоваться своим положением.
— Итак, Сари, каков мой будущий пост?
Наставник отвел глаза.
— На данный момент никакой.
— Кто принял это решение?
— Твой отец, правитель Сети.
5
Данное слово надо держать, — объявил Сетау.
— Это ты, это правда ты?
Сетау изменился. Плохо выбритый, без парика, одетый в тунику из шкуры антилопы со множеством карманов, он мало походил на студента лучшего университета страны. Если бы один из стражей дворца не узнал его, он без долгих объяснений оказался бы выставленным вон.
— Что с тобой стало?
— Я делаю свое дело и держу свое слово.
— Куда ты собираешься меня отвести?
— Увидишь… если только страх не заставит тебя изменить данному слову.
Взгляд Рамзеса вспыхнул решимостью.
— Идем.
Взгромоздившись верхом на ослов, они пересекли город, покинув его через южные ворота, затем, пройдя вдоль канала, направились в сторону пустыни, по направлению к старому некрополю. Впервые Рамзес покидал долину, вступая в пределы тревожного мира, над которым царь людей был не властен.