— Он заметил меня, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно.

— Тем лучше.

Эти два первых слова, произнесенных отцом, прозвучали как приговор.

— Он огромный, он…

— А ты, ты кто?

Вопрос удивил Рамзеса. Левым копытом бык яростно ударил в землю; цапли взметнулись прочь, стремительно покидая поле битвы.

— Кто ты, трус или сын царя?

Взгляд Сети пронзал душу насквозь.

— Я хочу сражаться, но…

— Настоящий мужчина бьется до последнего, царь идет еще дальше; если ты не способен на это, ты не сможешь править, и мы больше никогда не увидимся. Никакое испытание не должно тебя поколебать. Уходи, если хочешь; а нет — возьми его.

Рамзес осмелился поднять глаза и выдержать взгляд отца.

— Вы посылаете меня на смерть.

— «Будь сильным быком вечной молодости, с твердым сердцем и острыми рогами, которого ни один враг не сможет одолеть», — сказал мне мой отец; ты, Рамзес, ты вышел из чрева твоей матери как настоящий бык, ты должен стать сияющим солнцем, излучающим свет на благо своему народу. Ты скрывался в моих руках как звезда; сейчас я разжимаю пальцы. Свети или исчезни.

Бык взревел; разговор чужаков приводил его в бешенство. Все вокруг замерло; все живое, от суслика до птицы, предчувствовало неизбежность битвы.

Рамзес приготовился.

В схватке голыми руками он уже одерживал верх над противником и тяжелее, и сильнее этого, благодаря приемам, которым обучил его наставник. Но как подступиться к зверю такой величины?

Сети подал сыну длинную веревку со скользящим узлом.

— Сила — в голове; поймай его за рога, и ты победишь.

Юноша воспрял духом; во время игр он много раз тренировался ловить веревкой.

— Как только бык услышит свист твоего лассо, — предупредил фараон, — он ринется на тебя; не упусти его, другого шанса у тебя не будет.